Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники - Myrotvorets.center

Поиск

О зверствах пророссийских боевиков говорят российские наемники и их пособники

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений. Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

Точное число граждан РФ, удерживаемых сегодня в неволе в «ДНР», назвать не может никто. По данным одного из офицеров республики, попросившего не называть его имя, официально за четыре года было арестовано более 480 россиян. Встречались даже такие фантастические обвинения, как шпионаж в пользу России. Сейчас в СИЗО осталось около 150 человек. Судьба остальных неизвестна.

«По международным законам любого ополченца можно признать преступником, — рассуждает офицер корпуса «ДНР». — С весны по осень 2014 года у нас был полный хаос, полевые командиры реквизировали на нужды фронта, а зачастую и для себя лично любые приглянувшиеся машины и другую собственность. В лучшем случае — давали нарисованные на коленке расписки. Комбаты обложили данью все коммерческие структуры на подконтрольной им территории — от ларьков и парикмахерских до шахт и металлургических комбинатов. Сотни тысяч беженцев уезжали, оставив дома и квартиры. Туда селились российские ополченцы, которым надо было где-то жить. С оружием вообще был полный бардак. Продавались и покупались даже БМП. Многие, особенно те, кто был на фронте, привыкли к вольнице. И когда их начали «щемить» — удивились. Но тут пошел перегиб в другую сторону: нельзя же судить воевавших людей по законам мирного времени!»

Российский публицист Роман Манекин, переехавший в Донецк в марте 2014 года и сам дважды становившийся жертвой похищений, рассказывает, что осенью прошлого года у него на руках был список 300 граждан РФ, содержавшихся в местных СИЗО.

«В списке были только позывные, — говорит Манекин. — И поэтому я не могу утверждать, что общее количество заключенных именно триста. Если говорить о предъявленных обвинениях, то в самых тяжелых случаях речь шла об убийствах мирных граждан. Уголовный кодекс «ДНР» в таких случаях предусматривает смертную казнь. Что касается обвиняемых в «ДНР» по тяжелым статьям, то, как правило, никто из них свою вину не признает».

Также Манекин поясняет, что россиянам в донецких тюрьмах и колониях приходится особенно трудно. Ведь большинству местных передают посылки с воли, что в ужасающих условиях исправительных учреждений помогает выжить. Известны случаи, когда в СИЗО вспыхивали кровавые конфликты между ополченцами и «блатными» и «ворами в законе», сидящими еще с украинских времен.

«Смытые в унитаз»

Интересно, что следствие непризнанной республики опирается во время делопроизводства как на Уголовный кодекс «ДНР», являющийся гибридом российского и украинского УК, так и на другие нормативные акты, вплоть до УПК Украинской ССР 60-х годов прошлого века.

На 30 суток любого человека могут арестовать на основании постановления, подписанного Александром Захарченко в августе 2014 года. При этом по факту люди могут сидеть годами вообще без предъявления обвинения.

Ведь кроме официальных следственных изоляторов и колоний существует и множество иных мест лишения свободы, именуемых в народе «подвалами» или «ямами».

«Большая часть ополченцев, включая россиян, сидит незаслуженно, — говорит бывший комбат «ДНР» Вадим Погодин (позывной «Керчь»). — Может процентов 10–20 реальных негодяев. Остальные либо вообще невиновны, либо совершили поступки, которые в условиях боевых действий преступлениями не являются. На меня в «ДНР» заведена сотня уголовных дел. Обвиняют в убийстве парня, которого я в глаза ни разу в жизни не видел».

Погодин говорит об убийстве 16-летнего школьника Степана Чубенко, которое произошло в июле 2014 года. Власти Украины на основе показаний свидетелей обвинили в преступлении Погодина (позже такие же обвинения ему предъявили и в «ДНР»).

Как указано в материалах уголовного дела, подростка задержали на блокпосту в Краматорске. Поводом стала желто-синяя ленточка на рюкзаке — подчиненные Погодина посчитали молодого человека активистом «Правого сектора»* и после допроса расстреляли; сам Погодин, как выяснила «Новая газета», добил Чубенко выстрелом в затылок. Сегодня бывший комбат в разговоре с корреспондентом «Новой» отрицает причастность к убийству подростка, но при этом считает, что расстрел 16-летнего Чубенко не является серьезным преступлением:

«То, что его кончили, я не считаю зазорным. Но сам такого приказа не отдавал и не участвовал».

Погодин рассказывает про российского гражданина с позывным «Варан» (из бригады «Оплот»), который был осужден на пожизненное заключение в «ДНР». Его обвинили в убийствах и в том, что он реквизировал автотранспорт.

«В бессудные казни я не верю, — говорит Погодин. — Насчет машин — да, наверное, было. Но и сам Захарченко на таких же автомобилях ездил. «Варан» командовал обороной «Петровки». Я уверен, что его убрали, чтобы спокойно можно было отдать эти позиции украинцам».

По словам Погодина, Александр Захарченко вел негласные переговоры с украинской стороной о сдаче участка, который контролировал «Варан», и некоторых других позиций. В обмен вооруженные силы Украины должны были передать войскам «ДНР» территорию донецкого аэропорта.

«Всех без разбору ребят пытаются представить уголовниками, — рассказывает Елена, родственница одного из россиян, уже несколько лет находящегося в донецком СИЗО. — Им как под копирку шьют обвинения. Пытают. Требуют оговорить себя и товарищей. А ведь даже в случае, если человек действительно совершил преступление, он имеет право на квалифицированную защиту и справедливое расследование! Когда доходит до суда, то приговоры оказываются запредельными. С такими сроками им на свободу уже не выйти. Недавно россиянин Владимир Устьянцев (позывной «Жук»), приехавший в 2014 году из Сибири в Донбасс, возглавивший в итоге 6-ю роту бригады «Оплот» и назначенный комендантом г. Торез, получил 21 год строгого режима без права обжалования. Ему предъявили «отжимы» транспорта и помещений».

«Я не верю ни одному судебному решению «ДНР», — добавляет Погодин. — Там сейчас действует террористическая организация. У руководства республики стоят люди, которые терроризируют свой народ.

Любое преступление могут повесить на человека, который просто рыкнул на какого-нибудь прихвостня Захарченко».

Наши собеседники утверждают, что система власти, заложенная при Украине, действует в «ДНР» и сейчас, только в еще более концентрированном и извращенном варианте. В МВД, МГБ и прокуратуре «ДНР» служат люди, перешедшие с украинской стороны в 2015–2016 годах.

До этого они арестовывали и сажали «сепаров» и «ватников». Многие до сих пор ездят на ту сторону фронта за пенсиями.

Штат некоторых силовых структур, в том числе тех, что занимаются похищениями и пытками людей, неимоверно раздут. Так, по данным, опубликованным в Сети, только в донецком УБОПе в настоящее время работает свыше 1100 сотрудников. А еще есть подразделения полиции, МГБ, РГСО (Республиканская государственная служба охраны) и другие части. На их обмундирование, вооружение, содержание и т.д. средства выделяет Россия. Часто бойцы таких отрядов числятся в составе МЧС, МВД и даже министерства налогов и сборов, но фактически выполняют приказы главы республики. При этом в окопах на переднем крае бойцы месяцами стоят без ротации.

После знаменитого декабрьского обмена пленными некоторые лица, выданные украинской стороной, сразу же были обвинены силовиками «ДНР» в шпионаже.

Источник в Союзе добровольцев Донбасса (только через СДД в горячую точку отправлялось воевать более 10 тысяч россиян) утверждает, что россиян в застенках «ДНР» сегодня томится более 500.

«Власти России не предпринимают ради освобождения наших граждан никаких действий, — объясняет собеседник в СДД. — Они — вне закона. Как только эти парни перешли границу, их просто смыло в унитаз».

России не нужны

Родственники и близкие россиян направляют жалобы в МИД с просьбой помочь. В ответ им сообщают, что если бы эти лица были арестованы на Украине, то Россия оказала бы консульское содействие. А в случае с «ДНР» этого сделать не представляется возможным. В судах «ДНР» на все жалобы предлагают обращаться в минскую комиссию по урегулированию конфликта.

Знакомые сотрудники российских спецслужб объяснили, что «где надо» прекрасно осведомлены о проблеме. Но решать ее не собираются.

«Эти люди в России не нужны! Уже несколько лет тема Донбасса искусственно глушится. А приехавшие «герои» с реальным боевым опытом, которые мало того, что в крови по уши, да еще и знают, «как на самом деле было», — питательная среда для криминала и протестных настроений.

Властям «ДНР» дано негласное указание придерживать у себя всех, кого возможно. Вплоть до пожизненного. Эти ребята должны или сгнить на Донбассе, или, поехав «к Вагнеру», тихо сгинуть в Сирии».

«Родственники россиян, находящихся в заключении в республиках, боятся называть их фамилии, — рассказывает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер. — Я готова обратиться к омбудсмену Татьяне Москальковой с этой проблемой. Вопрос можно поставить в Совете по правам человека при президенте РФ, в Госдуме, в Общественной палате и т.д. Но для этого нужны имена тех, кто сидит в СИЗО или уже осужден».

Наши источники в ДНР назвали имена нескольких российских граждан, находящихся сегодня за решеткой: Апанасов Владимир Витальевич (родился 24.03.1997 в Ростовской области), воевал с марта по ноябрь 2015 года; Котов Кирилл Михайлович (родился 18.08.1987 в г. Пенза); Наумов Кирилл Сергеевич (родился 08.10.1993 в г. Петропавловск-Камчатский), служил с 2015 по 2016 год в подразделении «Восток». Срок семь с половиной лет.

 

Источник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/07/30/77341-chuzhie-sredi-svoih